Ru Eng

Дело Ивана Сафронова выходит на длинную дистанцию

Какие прогнозы по дальнейшему расследования дают эксперты

Бывшего журналиста газеты «Коммерсантъ» и советника главы «Роскосмоса» Ивана Сафронова арестовали на два месяца. Его подозревают в государственной измене. По версии ФСБ, озвученной адвокатами журналиста, в 2017 году Сафронов якобы передал спецслужбам Чехии информацию о поставках оружия из России в Африку и действиях военных РФ на Ближнем Востоке. Следствие настаивает, что он сделал это из корыстных побуждений. Что говорят юристы о перспективах этого дела? Расскажет Иван Якунин.

В процессе по делу Ивана Сафронова уже обнаружилось несколько любопытных деталей. Во-первых, уголовное дело возбудили только 6 июля — два дня назад, а там уже информации на семь томов. Значит, следили давно. Во-вторых, источники государственных информагентств сообщают, что была проведена некая экспертиза, подтвердившая факт разглашения гостайны. Хотя адвокаты Сафронова говорят, что ее никто не видел, суду она представлена не была. В-третьих, со слов тех же адвокатов, спецслужбы Чехии, как утверждает следствие, действовали под руководством США. И как это было установлено — большой вопрос.

По итогам заседания было принято решение заключить Ивана Сафронова под стражу на два месяца. И такой срок выбран не случайно, говорит бывший следователь по особо важным делам главного следственного управления СК Андрей Гривцов: «Этот срок не может превышать срок предварительного следствия по делу, а срок предварительного следствия по делу не может быть больше двух месяцев. То есть дальше просто сроки постоянно продлеваются. Должны быть представлены убедительные доказательства того, что обвиняемый может скрыться от предварительного следствия или суда, продолжит заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, уничтожить доказательства. Но, как правило, к сожалению, эта процедура носит близкий к формальному характер. Получается, что единственный аргумент практически всегда — это тяжесть выдвинутых подозрений и обвинений».

Адвокаты сообщили, что, по мнению самого Сафронова, преследование связано с его журналистской деятельностью. Действительно, на работу в «Роскосмос» он вышел всего два месяца назад, а речь в материалах дела идет про 2017 год. Какую именно информацию удалось узнать журналисту, и как он ее кому-то передавал, следствие не раскрывает. Но, как говорит учредитель общественной организации «Московский правозащитный центр» Михаил Салкин, статья о госизмене прописана настолько нечетко, что найти признаки преступления при желании не составит труда. Особенно учитывая, что Сафронов писал про военно-промышленный комплекс.

«Состав преступления образуется, если вы передаете иностранным государствам сведения, которые влияют на безопасность Российской Федерации. Вот это понятие сведений, влияющих на безопасность Российской Федерации, очень неконкретное, нет определенного перечня, какие виды сведения попадают под эту категорию, какие нет. Может быть, я статистические данные соберу о количестве военнослужащих, которые найду в открытых источниках, и передам их в посольство соседнего государства. Это же не означает, что я совершил госизмену, потому что эти данные не были помечены, как относящиеся к сведениям государственной тайны и неподлежащие разглашению»,— пояснил Салкин.

Если речь все-таки шла о государственной тайне, а следствие, судя по источникам, указывает именно на это, непонятно, как она попала в руки журналиста. В таком случае в деле должен появиться новый фигурант — тот, кто передал ее Сафронову, рассуждает генерал-майор ФСБ в запасе Александр Михайлов: «Это должностное преступление тех лиц, которые будут посвящать его в сведения, составляющие государственную тайну. Это должностное преступление, это разглашение государственной тайны, так как она разглашена тому, кто не имеет права ей пользоваться».

Но проблема в том, что обстоятельств этого дела публика, скорее всего, не узнает. Даже заседание об избрании меры пресечения шло в закрытом режиме, журналистов пригласили только на оглашение решения. Бывший генеральный прокурор России Юрий Скуратов считает, что следствие не будет пытаться убедить общественность в собственной правоте и публиковать неоспоримые доказательства вины Сафронова: «Надежда на адвокатов слабая — они по закону дают подписку. Как правило, судебный процесс в этом случае также происходит в закрытом режиме. Но, с другой стороны, поскольку фигура такая значимая, публичная, конечно, в полном информационном неведении держать люде не совсем правильно. А с другой стороны, включится механизм противодействия расследованию среди представителей спецслужб той страны. Они, соответственно, будут говорить о том, что все это наветы. Поэтому надо здесь проявлять очень разумную информационную предусмотрительность».

Между тем юристы считают, что исход этого дела во многом зависит от освещения в СМИ. В частности, такую точку зрения накануне высказал “Ъ FM” руководитель объединения юристов «Команда 29» Иван Павлов. К вечеру он стал одним из защитников Ивана Сафронова, но в момент звонка комментировал дело как сторонний наблюдатель: «Конечно, адвокаты сделают свое дело. Но много ли в нашей стране есть, так сказать, уверенности в справедливости юридических процедур? Вот не думаю, что много. Поэтому здесь важно, как именно журналистское сообщество отреагирует на этот брутальный по отношению ко всему профессиональному цеху шаг власти».

По закону в случае с особо тяжким преступлением, а госизмена попадает в эту категорию статей, максимальный срок содержания под стражей без вынесения приговора составляет полтора года — это длинная дистанция. Адвокатам еще предстоит выработать стратегию защиты, но первый шаг они анонсировали — будут обжаловать арест в Мосгорсуде. Козыри обвинения содержатся, вероятно, в тех самых семи томах, которые будут держать в тайне, и адвокаты едва ли успели их изучить. Но об одном они сказали с уверенностью: Иван Сафронов вину не признает.

Обвинение Ивану Сафронову может быть предъявлено в понедельник, 13 июля, сообщил его адвокат.

 Авторы: Иван Якунин

Источник: Коммерсант